В это посте я расскажу про отца-коммуниста.

Отец мой в партию вступил исключительно по убеждениям. Доказательством этому может служить тот факт, что он не был комсомольцем. А не быть комсомольцем в 1950-е годы — это было даже странно где-то...
А потом где-то в Уральской глуши, в одной из деревень отец встретил старого большевика. Большевик этот сидел при царе, потом делал революцию, строил коммунизм, в 37-м, как положено, сел, было реабилитирован и остался на Урале доживать. В общем, отец посмотрел на этого дядьку, понял, что такими должны быть настоящие коммунисты, и подал заявление в КПСС. Дядька дал ему рекомендацию.
Если после этого отец не убеждённый идейный коммунист, то кто тогда идейный?

В 80-е годы мы жили на Севере. Городок атомный, снабжался неплохо, но вокруг было полно городков военных, снабжавшихся отчасти ещё лучше... Поэтому все ездили туда-сюда, покупали то, что выбрасывали у соседей.
Отец, как я уже говорила, убеждённый коммунист, работал главным врачом профилактория, и его фотография висела даже не доске почёта, а на доске, которая называлась ни больше ни меньше "Золотой фонд партии". Заслужил за 30 лет... Их — золотых — там всего трое висело. Элита.

И вот ехали мы как-то по трассе из города Кандалакши с грузом водки в багажнике, вдруг отец посигналил и рукой помахал встречной машине.
Я маму спрашиваю: "Кто это?"
Мама отвечает: "Ещё один золотой фонд партии за водкой поехал".

Я уже писала о своих сложных отношениях с наукой философией. Когда мне в руки попадает какой-нибудь философский труд, я начинаю всерьёз подозревать, что у меня семантическая дислексия. А ведь практически в каждую сессию у нас были экзамены по философии. К примеру, по философии Средних веков и эпохи Возрождения...

Сдавала этот экзамен я позже остальных, по допуску. Ещё до экзамена преподаватель предупредил, что будет задавать дополнительные вопросы по одной из книг — либо по "Утопии" Томаса Мора, либо по "Государю" Николо Макиавелли. Понимая, что в плане философии мне всё равно мало что светит, я прочитала обе книги и шла на экзамен, лихорадочно размышляя о том, как бы так сделать, чтобы преподаватель сразу начал с дополнительных вопросов...

Но преподаватель начал с другого вопроса: "Что сдаём???"
"Философию Средних веков", — обречённо проблеяла я.
"Давайте для начала тогда определимся, какой период мы будем называть Средними веками", — жизнерадостоно вопросил преподаватель и уставился на меня выжидательно.
( Сдала ли я экзамен? )

Я, пожалуй, тоже покаюсь, раз пошла такая пьянка...
Про уворованное по незнанию молоко и уворованный по знанию, но жестокой необходимости пионерский галстук (см. факт № 20) я уже рассказывала.

Поэтому расскажу о других трёх случаях.

1. Мы были в гостях у знакомых. И там я увидела оригинальный набор — автоматические ручка и карандаш в коробочке. Тогда мне показалось, что ничего красивее быть не может, хотя сейчас я понимаю, что просто до этого я встречалась исключительно с ручками шариковыми и карандашами простыми. Короче, я коробочку прикарманила.
Дома я так активно это сокровище прятала, что мама заинтересовалась и обнаружила набор в первый же день. Сурово выпытав, где я это взяла, она отправила меня извиняться и отдавать ручку с карандашом хозяевам. Я страшно переживала, часа два ревела на лестнице, в итоге всё отдала, запомнила этот случай на всю жизнь, но если вы думаете, что он отучил меня воровать, вы глубоко заблуждаетесь...

2. Мама дала мне 5 рублей и отправила в магазин за маслом и хлебом. Пять рублей тогда были достаточно приличными деньгами, поэтому когда обнаружилось, что я их потеряла, мама меня поругала. Дала ещё пять рублей и снова отправила всё в тот же магазин. По приходу в магазин я сунула руку в карман и... пяти рублей там не было. Не знаю, как мне это удалось. Два раза за час потерять деньги, надеюсь, моя дочь не будет выделывать такие штуки, хотя будет, конечно, куда денется...
Я поняла, что если я вернусь домой и сообщу, что и эти пять рублей того, терпению моей мамы явно настанет конец. Поэтому в отчаянии я зашла в магазин, положила в сумку масло и хлеб и вышла. Я до сих пор помню, что масло стоило 2 рубля 22 копейки.

3. Тут я просто честно признаюсь, что таскала книги из библиотеки. Не в промышленных, конечно, масштабах, но штуки три точно. Среди них как раз книга Рината Дасаева о его вратарской судьбине. За неё мне почти не стыдно, потому что кто бы её кроме меня прочитал? А вот за "Остров сокровищ" стыдно — популярная книга...

Вчера путём долгих и извилистых мысленных ассоциаций вспомнилась мне одна старая (не в смысле возраста, а в смысле давности времён) знакомая. (Пятница — день тупого построения предложений к тому же.)

Знакомая эта в начале 90-х годов поступала во ВГИК. Написала сочинение. Прошла творческий конкурс! Ей оставалась какая-то формальность — что-то вроде собеседования, при том что конкурс после творческого этапа был уже один человек на место. И тут в Питере группа "Алиса" презентовала свой "Шабаш"...
Девочка похерила ВГИК ради трёх концертов. Как выяснилось в дальнейшем, по большому счёту она похерила свою дальнейшую жизнь, хотя вполне допускаю мысль, что она сама так не считает.

Есть ли в этом мире группа, ради которой вы бы согласились послать подальше учёбу во ВГИКе (глобальный подход — про жизнь, так и быть, опустим)???

Прочитала пост alisa007 и вспомнила...
Однажды я была космонавтом!
Было это в клубе "Нора", что на Лиговке, в те времена, когда там устраивала первые рейв-вечеринки группа "НОМ". Помимо рейв-вечеринок группа "НОМ" ещё и пела, в тот период как раз о космосе, и всячески театрализировала свои выступления. Поэтому у них был настоящий космонавтский шлем! Примерно такой, но без Гагарина внутри.



Однажды мы пили-пили с музыкантами, пили-пили, а потом начали этот шлем мерять. И так он мне понравился, что я его на голову нацепила и снимать отказалась. Так и сидела в шлеме пока под стол не упала. Незабываемые, надо сказать, ощущения, хотя пить очень неудобно...

Однажды мы провели эксперимент (хотя то, что это именно эксперимент, мы поняли уже позже).

Было это давно, денег мы тогда ещё не зарабатывали, потому что были молодые и никому, кроме родителей, ненужные. И вот altravita каждый день просила у своей мамы, ну, скажем, 100 рублей*. Мама без вопросов деньги дочке давала, все были счастливы.
А в одно прекрасное утро altravita карманные деньги пересчитала и поняла, что 100 рублей ей сегодня вовсе даже не нужны. А нужны, ну, скажем, 7 рублей 35 копеек — ровно этой суммы не хватало для щастья**. Она подошла к маме и попросила 7 рублей 35 копеек. И мама, которая без вопросов давала в 10–20 раз большие суммы, устроила настоящий допрос с пристрастием: куда 7-35, почему именно 7-35, почему не 32 рубля и не 9 копеек???

Такой вот настоящий психологический эксперимент, да...

____________
Примечания:
* Я специально привожу денежные суммы в сегодняшнем курсе, потому что не помню, какие суммы фигурировали тогда.
** Я стесняюсь сказать, в чём тогда заключалось щастье. Может, в комментах признаюсь...

Когда мне было лет, наверное, 12, мама решила, что я как раз в том возрасте, когда пора узнать, что деньги не берутся из воздуха, а зарабатываются тяжким и порой бессмысленным трудом.

Мы отдыхали тогда в Советске. Мама привела меня в какую-то аптеку и показала объявление, которое гласило, что аптека принимает от населения всякие сушёные полезные травы и растения по фиксированным расценкам. В списке трав был подорожник.
"О, — подумала я, — подорожник растёт везде и всюду. Это раз. К тому же подорожник — единственное растение, которое я способна отличить от других и не перепутать с каким-нибудь там чабрецом. Это два. Буду собирать, сушить и сдавать. К концу лета заработаю себе на машину на что-нибудь интересное..."

Всё лето я, как дура, ползала по газонам и обочинам и собирала подорожник. Под сушку я заняла большой чердак старого двухэтажного немецкой постройки дома. Соседи матерились, потому что они привыкли сушить на чердаке бельё, а теперь там всё было засыпано подорожником. Сох он медленно, а места занимал много. Квартира, как и чердак, была забита пакетами с подорожником — высушенным и свежим. Его ненавидели все, включая уже и маму, проклинавшую свою идиотскую идею. Дело в том, что эта дурацкая трава и в мокром-то виде весила мало, а в высушенном вообще была невесомой. Но очень объёмной...

В общем, в итоге мы собрали всю эту гору высушенного подорожника, приволокли в аптеку кучу мешков. Там мешки взвесили, объявили, что я насушила аж 3 кг ценного растительного сырья, и выдали мне 30 копеек. 30 копеек!!! Килограмм этого сраного подорожника стоил 10 копеек. Всё лето я посвятила работе за 30 копеек. Так я узнала, что труд действительно, как мама и говорила, бывает бессмыленным.
В тот же вечер я утащила из гаража 10 пустых бутылок, сдала их, получила рубль и весело проела его в кафе-мороженице, утешаясь тем, что собранный мной подорожник вылечит какого-нибудь несчастного больного...

Вчера нашла своего одноклассника, с которым очень даже дружила во времена счастливого детства. Выяснилось, что уже год он живёт в 7 домах от места моей прописки... Но я не об этом.

В разговоре стали выяснять, кто из бывших одноклассников чем сейчас занимается. И я вспомнила, как однажды мы шли в кафе, и один из одноклассников, назовём его К., совершенно неожиданно стал мне рассказывать, что читает сейчас Драйзера. И этот самый Драйзер стал для него прямо-таки открытием, да таким, что К. решил строить свою жизнь по канонам драйзеризма.
«Ты читала "Финансиста"? — лихорадочно вопрошал меня К. — Вот как надо зарабатывать деньги. Теперь я знаю, чем буду заниматься в жизни. Лет 5–10, и я разбогатею... Кстати, займи мне 3 рубля дня на два, а?»

К. сейчас работает в милиции. 3 рубля так и не вернул, между прочим, сука...

У меня есть друг. Однажды я всё-таки соберусь и напишу о нём, наверное. Пока скажу, что друг этот настолько ценный, что летом 1997 года мы решились поехать к нему в городок, расположенный почти на границе с Украиной, на электричках.
Приключений было много, особенно на обратном пути.
Но сейчас я про миничудо, которое произошло с нами уже в последней электричке, которая должна была довести нас до пункта назначения...

Итак, поздний вечер, электричка, нас трое, мы без билетов. Двое сидят на одной лавке, одна напротив у прохода. А у окна на этой же лавке сидит просто незнакомая женщина. Идут злые контролёры, которые в начале вагона уже поймали безбилетника и собираются на следующей станции его высадить.
Мы начинаем готовить прочувствованные оправдания и объяснения, придумываем, что же нам сказать, чтобы нас не выгнали, потому что ночь, денег нет, друг ждёт, мы аж из Москвы на электричках, ну пожалуйста...

Контролёр подходит. Наступая на ноги нам, сидящим у прохода, пролезает к женщине, сидящей у окна. Требует с неё билет. Компостирует его щипцами. И, не сказав ни слова, не реагируя на нас вообще, словно мы невидимы, переходит к следующим сиденьям.
Мы сидим. Молчим. Контролёры удаляются.
Вот так

В феврале 1993 года занесло меня в Москву. Я тогда полюбила рок-н-ролл со страшной силой, и собственно в Москве оказалась потому, что там три дня давала концерты "Алиса". Три дня концертов, а жить-то где-то надо. Москвичи тогда ещё не стояли в очереди, мечтая, чтобы мы вписались именно у них

И вот после первого концерта один мужественный человек, а именно фотограф Олег, согласился приютить у себя на ночь целую гоп-компанию, которая насчитывала аж 9 человек. Жил Олег в Солнечногорске, и пока мы туда ехали, честно нам рассказал, что спать там будет где, а вот есть нечего. То есть совсем нечего. Даже хлеба нет. А в 1993 году, между прочим, круглосуточных супермаркетов на каждом углу не было — не успел до 19-00 купить хлеб, голодай до утра...

Мы мужественно говорили, что наплевать, что мы и музыкой так наелись, что на все три дня хватит до утра переживём, а утром купим поесть, что главное — переночевать. Хотя есть, конечно, хотелось очень...
Сошли с электрички, идём по Солнечногорску. Февраль, ночь, улица, фонарь аптека... А под фонарём на земле лежит картошка. Рассыпанная. Много. Килограмма три точно. Мы минут пять на неё смотрели. Потом как накинулись, как насобирали. Она даже не мороженая была. Откуда она там взялась — тайна сия велика есть...

В общем наварили мы дома этой картошки, всем хватило и даже осталось... А потом известные своими талантами darurs и 6pppl0m, подкреплённые чудесной картошкой, за ночь нарисовали восемь проходок на концерт

P. S. Замутить что ли флеш-моб "Расскажи о миничуде, произошедшем с тобой"?..

Давно хотела рассказать, а тут как раз agent_marge напомнила, как мы с подружайкой в пионерском лагере под Москвой залезли в густые кустики с целью покурить. А курили все настоящие пионеры тогда "Приму" — то ли потому что самая дешёвая, то ли потому что ничего другого просто не было...

И вот, значит, достаём мы спички, "Приму" эту, закуриваем, выпускаем мерзкий вонючий дым, чувствуя себя крутыми и смелыми нарушительницами всех пионерских и вообще жизненных законов, как вдруг из соседних кустиков высовывается чья-то голова и просит у нас спички. Ну мы люди не жадные, к тому же понимаем, что в соседних кустиках сидят такие же крутые и смелые бла-бла-бла...

"Берите", — говорим мы благодушно, и кто, как вы думаете, приползает к нам за спичками??? Мой братец-кролик! С "Примой", блин, в зубах!!!
И не говорите, что мы были в одинаковом положении... Мне уже аж 13 лет было, а этому шпендику — всего 9... В 9 лет не курят "Приму", между прочим

В одной из первых прочитанных мной — и одной из любимых — книг И. Хмелевской "Всё красное" есть два очень живописных героя: Бобусь и Белая Глиста. Ну собственно, даже тем, кто книгу не читал, ясно, что хорошего человека глистой не назовут...

А у нас в ПЗ была знакомая. И с тех пор, как на дачу в гости она приехала в обтягивающем белом спортивном костюме (а уехала обратно в сером, что логично), её иначе как Белой Глистой, с моей "доброй" подачи, никто не звал. К тому же мужик у неё был настоящий Бобусь. Мама даже однажды умудрилась, позвонив им, сказать: "Привет, Бобусь..." И только его удивлённое "Кто?!" спасло маму от дальнейших слов: "Белая Глиста дома?" Тогда мама торопливо пробормотала, что набрала их номер случайно, хотела позвонит другому человеку и, повесив трубку, долго нервно смеялась.

Так вот, напившись, БГ начинала петь песню Лозы про плот. Слуха у неё не было. Половины слов она не знала, поэтому один и тот же куплет пропевался по несколько раз. К тому же остальные участники застолий эту песню не любили, поэтому БГ пела одна.
УжОс, в общем. Как вспомню, так вздрогну. А вспоминать приходится, потому что какие-то козлы во дворе этот самый "Плот" слушают. Вот и навеяло...

Вчера был насыщенный день.

Увидела мужика-бомжика, несущего куда-то кучу пластиковых ящиков, и вспомнила, что давным-давно, когда деревья были выше, люди ниже, а пиво "Балтика-3" вполне приличным, у нас тоже был ящик. Ящик этот нам выдали как средство переноски купленных 20 бутылок пива. Ящик долго жил на кухне, использовался как стул, как непосредственно ящик, как мусорка, как столик и чуть ли не как подушка...

А потом бутылки сдавать стало всё труднее, потому что эти самые ящики для пивных бутылок стали страшным дефицитом. За ящики в пунктах приёма стеклотары предлагали деньги.
Мы долго держались, но однажды, когда есть хотелось особенно сильно, а денег было особенно мало, мы пошли в пункт приёма стеклотары с пакетами, полными бутылок, и нашим любимым ящиком. "Приёма нет, потому что нет тары под бутылки", — холодно сказали нам дядьки-приёмщики. "А мы со своей тарой..." — грустно сказали мы. Обрадованные дядьки дали нам за этот ящик денег больше, чем за все бутылки, вместе взятые.

Получается, что ящик был этаким стабилизационным фондом.
Что ж, какое общество, такой у него и стабилизационный фонд...

Вчера в новостях Советск-Тильзит показывали. Типа литовцы там русские лекарства скупают, а у себя втридорога продают. Но я не об этом...
На мосту королевы Луизы теперь таможня. Паспорта, люди в форме, очередь из машин. А когда-то мы ходили по этому мосту пешком в магазинчик в посёлке Панемуне, чтобы скупить там продукты и продать их втридорога в Советске.
Там я первый раз попробовала мороженое в вафельном стаканчике и первый раз лопала его на улице. Вообще родители мне запрещали на улице есть, неприлично вроде как, говорили. А тут разрешили... И я сидела на лавочке у магазина, ела мороженое и думала: круто... ем на улице, да ещё такую вкуснятину...

А мост в Советске очень красивый.

prosto_kat своим постом напомнила мне про то, как мы в безбашенной молодости, а именно в ночь со 2 на 3 января 1996 года гадали. Однажды я, или cancelina, или darurs опишем этот трагикомичный опыт во всех красках...
Пока же я решила сравнить то, что было нагадано, с тем, что случилось на самом деле.

• Муж СП. Хренушки, НД.


• Свадьба в 1999 году. Где ты, моя свадьба?


• Двое детей. Ээээ...


• Первый ребёнок мальчик. Или активная девочка...


• Стану писателем. И буду писать в жж.


• Первая книга выйдет в 2020 году. Похоже, я стану монументальным писателем.


• Чем буду заниматься по жизни ЕДА-ДА. Ответ буквальный. Как трактовать, не знаю. Может, я кулинарную книгу напишу?

В общем, наврал нам тогда дух...

На лето родители отправляли меня к бабушке в город Советск, который бывший Тильзит. Тогда он казался мне огромным (ещё бы, там даже ездили автобусы и троллейбусы), хотя на самом деле это был чудесный провинциальный городок, полный старинных домов, интереснейшей истории и всяких заманчивых для ребёнка мест типа реки Неман, полуразвалившейся кирхи или парка аттракционов.

Но я пока что не об этом, а о том, что бабушка естественно посылала меня в магазин за покупками. Молочные продукты тогда продавались в стеклянных бутылках с разноцветными крышками из фольги. Причём в Советске (а может, и не только там) полные бутылки можно было купить, только сдав такое же количество пустых. То есть сдал четыре пустые молочные бутылки, получил у тётеньки-продавца две бутылки молока с серебряными крышечками и две бутылки кефира с зелёными крышечками (ах, эти крышечки, из них потом можно было наделать медалек, впрочем, я опять отвлеклась...).
Потом на кассе все покупки оплатил и чешешь себе домой...

Однажды бабушка, вручив мне три рубля, сказала: "а сегодня свободный день — можно просто взять молоко". Я пришла в магазин, просто взяла молоко и пошла себе домой. Когда бабушка получила молоко и сдачу во всё те же три рубля, она была очень удивлена. Я её удивления не понимала: "ты же сама сказала — свободный день, можно просто взять молоко... я и взяла".
Я была твёрдо уверена, что это нормально — такие вот свободные дни в магазинах. Так для меня на один день наступил коммунизм.

Конечно, мы в итоге пошли в этот магазин и оплатили это дурацкое молоко. Даже странно, что коммунизм не наступил для всех, раз уж все были такими честными...

Забавная статья об ошибках переводчиков.

По этому поводу вспомнилось, как братец-кролик работал для сайта, специализирующегося на экстремальных видах спорта в том числе. Искал информацию, писал обзоры, переводил.

И вот редактор пишет ему: мол, появились слухи о новом виде спорта. Становится жутко популярным. Там люди на роликах то ли мяч, то ли шайбу гоняют. В общем, разузнай поподробнее и напиши статью...
Ну братец начинает информацию про роллеров-экстремалов искать, поисковики выдают ему какие-то леденящие душу подробности про казахского тренера по имени Петрович, игроков с кличками бойцов-рестлеров, смертельные случаи и убийственный чемпионат, где игроки давят друг друга мотоциклами. Братец потихоньку сходит с ума, но всё-таки честно пишет статью про новый экстремальный вид спорта — роллербол. Её даже публикуют на сайте...

И только потом высянилось, что это была рекламная кампания одноимённого фильма...

Раз пошла такая пьянка, я тоже расскажу о своих уроках труда...

Помнится, в школе была такая хитрая ступенчатая система: с каждым годом мы шили вещь посложнее. В 4 классе — косынку и фартук, в 5-м — шорты, в 6-м — ночную рубашку, в 7-м настало время блузки.
И хотя я убедилась, что иголку мне лучше в руки не брать ещё на этапе фартука (косынку я осилила!), перспектива пошива модной блузки меня вдохновляла. Тем более что у нас в то время самым популярным журналом была "Бурда", там были та-а-акие модели.

Так что мы, изрядно растерзав единственный имеющийся экземпляр культового журнала, выбрали себе понравившиеся фасоны и пришли на первый урок в полной боевой готовности... Но учительница заявила, что шить мы все будем одну и ту же блузку. Причём ту, от которой были в ужасе все. Помню, что на ней фигурировали погоны, накладные карманы и воротник стойкой. Наверное, до того, как преподавать труд, учительница подвизалась на поприще НВП...

Наши протесты ни к чему не привели, и тогда мы просто раскроили ненавистный френч и обменялись деталями. Т. е. у меня, например, помнится, была оранжевая левая передняя часть, фиолетовая в яблочках — правая передняя, синяя в разводах — спинка, ну и так по мелочи карманы, воротник, манжеты всех цветов радуги.
Учительница скрипела зубами, но сделать ничего не могла.

Жаль, что этот шедевр не сохранился в веках...
И я до сих пор считаю, что лучше бы нас учили готовить...

yunka напомнила...

Пионерский лагерь под Нововоронежем. 3-ий отряд. Я там самая младшая, только перешла в третий класс, остальные ребята — в пятый, а то и в шестой. Наверное, так потому, что нас, северных, всего 10 человек, и всех попытались скучковать в одном отряде.
Девочка Юля, между прочим своя, не воронежская, начинает до меня докапываться. Я отвечаю. Постепенно в обычном детском сраче ("Дура! — Сама такая! — Ты всё равно глупее. — Сколько бы ты ни сказала, ты глупее на один...") я начинаю одерживать вверх. Юля бесится, надолго задумывается и выдаёт последний аргумент: "А у тебя папа с бородой!!!"
Я замолкаю, потому что понятия не имею, как на это реагировать. Папа-то действительно с бородой. Неоспоримый, блин, аргумент...
Палата ржёт. Не надо мной, над Юлей. А значит, я победила...

Ух ты, мой пост на Dirty.Ru стал золотым. Впервые. Теперь я как Брежнев...
А между тем я хорошо помню свой первый конфликт с учительницей в школе. Он случился из-за того, что я на уроке отказалась читать вслух стихотворение:

Взлетел в ракете русский парень,
Всю Землю видел с высоты.
Был первым в космосе Гагарин.
Каким по счёту будешь ты?

Мне категорически не нравилось слово "парень", оно казалось мне пошлым.

merienn напомнила...
Мальчик Филипп очень боялся уколов. А так как здоровье у него было не самое лучшее, уколы ему делали не так уж и редко. И вот когда медсестра в очередной раз явилась выполнить свои, так сказать, профессиональные обязанности и зашла в ванную помыть руки, Филипп просто задвинул защёлку на двери. Его мама в это время вешала выстиранное бельё... в ванной.
Две взрослые тётки долго бились в толстую дубовую дверь, обычную для дома дореволюционной постройки. Ни на угрозы, ни на лесть Филипп так и не поддался и защёлку не отодвинул.
Дверь в итоге выломали, конечно...

...как мама однажды собирала отца в командировку... или на охоту... или на учёбу... в общем, куда-то собирала.
Отец в процессе сборов зашёл в комнату, посмотрел и говорит: "Что, любимому в дорогу всё собираешь?"
А мама машинально: "Нет, это тебе..."

А теперь, окончательно задолбав всех и вся околобеременными размышлениями (то ли ещё будет...), расскажу, как к нам в общежитие в гости индус приходил...

Индуса привели Инга с Барабашкой. Сначала они его подцепили в качестве спонсора, а потом им просто стало весело. И они решили поделиться весельем с соседями по общежитию.
К нам в комнату ворвались в поисках Насти. "Иди, иди, там Инга индуса привела, переводить будешь", — с такими словами её выволокли из комнаты. "С индусского?!?" — растерялась Настя. Но оказалось, что гость вроде как знал английский...

Индус оказался маленьким. Нет, даже очень маленьким. Вряд ли его рост дотягивал до полутора метров. Одет он был во всё белое. Смущенно сняв белые ботинки, он в белых носках зашлёпал по общажному чёрному полу к столу.
"Хелло, хау ду ю ду?" — уверенно откашлявшись, сказала Настя.
Гость оживился, засверкал улыбкой, встал и заговорил: "Хелло. Май нейм из Радж, ай воз борн ин зе Дели. Дели из зе кэпитэл оф Индиа, ладжест сити ин..."
"По-моему, они английский тоже топиками учат", — пробормотала озадаченно Настя, пока мы все слушали бормотание гостя про "ай хэв ту бразерс энд ту систерз..."

А потом, естественно, все стали друг друга и без переводчиков понимать. Половина общаги перебывала в комнате, где сидел индус под благовидными предлогами "одолжите хлеба/дайте конспект переписать/жетончика для телефона не будет/к какой завтра паре идти/ой, смотрите-ка, и вправду живой индус..."

А потом, естественно, понадобилось сбегать в магазин за добавкой... К тому времени наступила ночь и общежитие закрылось. Оставался один путь —через окно определённой комнаты на втором этаже по водосточной трубе. Учитывая, что здание общаги было старой постройки, второй этаж соответствовал примерно третьему нынешнему, но путь этот был хорошо изучен, особенно Барабшкой, и в целом безопасен.
Индус с этим не согласился. Он решил, что его сейчас будут выкидывать из окна. Он заорал, вцепился в спинку кровати и перестал реагировать на любые слова, сказанные по-русски, по-английски или даже к тому времени уже по-индусски. Барабашка посадил на спину Ингу, спустился по трубе, оставил Ингу на земле живую и здоровую и забрался обратно в комнату, демонстрируя, что вот, мол, все живы, всё нормально. Индус решил, что теперь, даже если он выживет после падения с высоты, злобная Инга добьёт его на земле, и заорал ещё громче. На него бы и плюнули, но он был спонсором...

В общем, в итоге индус как-то слез сам и убежал в ночь. Догнать его так и не смогли. А история, постепенно превратившаяся в одну из общажных легенд, осталась...

Помню, стоим мы с мальчиком Филиппом на остановке, ждём трамвай. Из-за поворота что-то похожее выежает, и я спрашиваю Филиппа: "Ну что, Острый Глаз, какой номер?"
"63-й, Тупой Глаз", — серьёзно отвечает Филипп.

К чему я это вспомнила? Наверное, к стихам про индейцев.

Начальство позвонило в середине апреля. Его голос звенел от едва сдерживаемой радости.
"В четверг выставляйтесь, какие-то иностранцы у нас зал на вечер купили".
"Какие ещё иностранцы? — поинтересовались мы. — Что именно выставлять?"
Это было важно. Потому что если иностранцы были рокерами — закупались пиво и водка. Если же намечалась дискотека — упор делался на шампанское, баночные коктейли и шоколад.
"Да хрен его знает, что за иностранцы... Какая разница вообще?! Они сотку баксов* заплатили, так что пусть что хотят, то и делают, — ликовало начальство. — А вы ценник поднимите, иностранцы ведь..."

В четверг мы, аккуратно расставив шампанское и пиво на витрине, сидели в баре и ждали иностранцев. Иностранцы явно запаздывали. Вместо них в клуб повалили странные молодые люди. В подкатанных джинсах, в коротких чёрных куртках, бритые, они говорили по-русски, пили принесённую с собой водку и закусывали её чёрным хлебом... ( Ещё??? )